ПАНДЕМИЯ И ПРЕСТУПНОСТЬ

Принято считать, что пандемия коронавируса резко повысила уровень преступности в мире. Так ли это на самом деле, разбирался начальник аналитического отдела Московского Дома соотечественника Николай Мирошник.

Только временное отступление   

То, что пандемия коронавируса COVID-19 и принятые в связи с этим во многих странах жесткие карантинные меры резко изменили жизнь миллионов людей, уже стало общим местом. И изменения были, в основном, в худшую сторону: режим самоизоляции, закрытие национальных границ, резкое сокращение транспортных потоков, потеря работы из-за остановки предприятий…

На этом фоне «просветом» выглядело то, что в результате повсеместно стал, казалось бы, снижаться уровень преступности. Воодушевленные этим, едва ли не единственным, позитивным фактом СМИ, в том числе, и в России, поспешили порадовать им общественность, утверждая, что хоть что-то изменилось к лучшему.

Действительно, если взглянуть на цифры общей статистики правонарушений, о которых рапортовали в конце марта-начале апреля полиции разных стран, спад был налицо. В Великобритании, где карантин был введен 23 марта, министр внутренних дел уже 14 апреля объявил, что уровень уличной преступности по сравнению с прошлым годом упал на 21 процент, хотя в марте и были зафиксированы несколько случаев мародерства и разбоя.

В Италии, которую пандемия затронула сильнее всех в Европе, тоже наметилось резкое снижение: с 1 по 22 марта было совершено 53 тысячи преступлений – на 64 процента меньше, чем в тот же период 2019 года. Примерно та же тенденция наблюдалась в Испании.

На мировых «окраинах» ситуация вообще казалась почти идиллической: в Сальвадоре, где несколько лет назад совершалось по 600 убийств в день, их стало в среднем всего 2. В Перу уровень преступности в марте упал на 84 процента. В ЮАР уже в течение первой недели самоизоляции общее число зафиксированных нападений на граждан сократилось в пять с лишним раз.

Объясняли этот феномен по-всякому. Народ стал безвылазно сидеть дома, на улицах стало больше полиции, которая пристально следит за соблюдением карантина. В опустевших городах сразу бросаются в глаза группы, входящие в те или иные, в том числе закрытые заведения. Поэтому снизилось число квартирных и карманных краж, ограблений и грабежей, угонов автомобилей.

В той же Великобритании практически полностью исчезло явление, с которым еще год назад не знали, что делать – «эпидемия ножевых преступлений»: подростки стали вооружаться ножами, и в 2018-2019 годах за счет них преступность в стране выросла до уровня Второй мировой войны. Теперь школы закрыты, потенциальные малолетние преступники сидят по домам.

Закрытие баров и ресторанов привело к сокращению преступлений, совершенных под воздействием алкоголя. Труднее стало жить магазинным ворам: многие магазины закрыта, а в супермаркеты пускают только ограниченное число людей, которые держат дистанцию.

Усиление пограничного контроля снизило объемы контрабанды. Как сообщала BBC, резкое (на 95 процентов) сокращение пассажиропотока и числа междугородних поездов создало трудности бандам, промышлявшим торговлей наркотиками. До этого они использовали 11-15-летних подростков для перевозки отравы из портов в крупные города, прежде всего, в Лондон и Бирмингем. В обычной толпе они не привлекали внимания, а в условиях карантина сразу стали «бельмом на глазу».

Кроме того, как отмечали специалисты, ограничения в экспорте из Китая привели, в том числе, к резкому сокращению поставок на рынки, в частности, США, опиоидов (обезболивающих средств на основе опия). Мексиканские картели десятилетиями закупают в Китае химические вещества – прекурсоры, изготовляя на их основе наркотики и отправляли в Америку. В последние годы поставки опиоидов стали основным источником дохода для мексиканской организованной преступности. Но в 2020 году с конца февраля поставки сократились во много раз.

Ну и, не в последнюю очередь, подразумевалось, что преступники – тоже люди, они не хотят рисковать жизнью, заболев коронавирусом, и предпочитают «самоизолироваться».

Правда, эксперты сразу стали предостерегать: это – дело кратковременное. Да порой и статистика не соответствует фактам. Заметно сократилась, в основном, уличная преступность. Но тоже далеко не вся. Многие достаточно мелкие преступления просто перестали фиксировать. Как сообщала в апреле та же ВВС, 20 процентов личного состава лондонской полиции либо заразились коронавирусом, либо вынуждены находиться в режиме самоизоляции. В связи с этим в Скотленд-Ярде предупредили, что, если работать не смогут 25-30 процентов сотрудников, полицейские будут реагировать только на вызовы, связанные с угрозой жизни или здоровью. При этом Англии и Уэльсе уже не работали и больше половины судов, готовых рассматривать только самые безотлагательные дела. Все другие дела отложены до конца карантина.

И такое происходит не только в связи заболеваемостью самих полицейских. Скажем, в Италии, где полицию вынуждены привлекать и непосредственно к борьбе с коронавирусом – к оборудованию полевых госпиталей, оказанию помощи больным и престарелым, изолированным в своих домах, ей порой просто не хватает сил, чтобы уделять такое же внимание борьбе с преступностью, как в обычное время. 

При этом практически везде, и за океаном, и в Европе, отмечается пугающий рост «домашних» преступлений, насилия в семье, чему, естественно, способствует неизбежный стресс, вызванный круглосуточным пребыванием людей в четырех стенах. Во Франции уже на конец марта количество случаев вмешательства полиции из-за насилия в семье выросло больше, чем на треть. в ряде других стран число обращений в службы поддержки удвоилось.

Британский министр внутренних дел Прити Пател на брифинге 14 апреля сообщила, что количество звонков на горячую линию помощи жертвам домашнего насилия выросло с февраля на 120 процентов, это одна из самых частых причин вызова полиции. А ведь такие преступления далеко не всегда всплывают и попадают в статистику. На проблему уже обратил внимание даже Генсек ООН. «В последние недели по мере усиления экономического и социального давления и страха мы становимся свидетелями ужасающей глобальной вспышки насилия в семье», написал в своем аккаунте в Twitter Антониу Гутерриш.

Вскоре преступники адаптируются к новой ситуации, предупреждали специалисты разных стран, и многое вернется на круги своя. Если тотальный карантин затянется надолго, если люди потеряют источники дохода, то это может стать поводом для роста числа краж, грабежей, мародерства и массовых бунтов. Ещё в конце марта международный Красный Крест, как сообщала «Немецкая волна». предупреждал об опасности общественных беспорядков в крупных городах западных стран, если в результате пандемии малообеспеченные люди и представители маргинальных групп потеряют работу и, соответственно, средства к существованию. Для премьера Италии Джузеппе Конте и министра внутренних дел, сообщал, например, в одной из своих недавних публикаций советник министра внутренних дел РФ, бывший начальник российского бюро Интерпола,  генерал-майор милиции и доктор наук Владимир Овчинский, был подготовлен конфиденциальный доклад, в котором предупреждалось: «Существует потенциальная опасность стихийных и организованных восстаний и восстаний, особенно на юге Италии, где подпольная экономика и присутствие организованной преступности являются двумя основными факторами риска».

Полиция расставляет акценты

«Холодным душем» для самых закоренелых оптимистов стали несколько докладов, опубликованных в марте-апреле весьма информированными организациями: «Европолом» – международным полицейским агентством, созданным в рамках Евросоюза в 1995 году, и «Глобальной инициативой против транснациональной организованной преступности», исследовательской сети, образованной в 2013 году из более, чем 500 независимых экспертов со всего мира, со штаб-квартирой в Женеве.

Все эти доклады были посвящены проблемам активизации международной и национальной преступности в условиях пандемии и перспективам борьбы с нею.

Первый доклад «Европола» – «Спекуляции на пандемии: как преступники эксплуатируют кризис с COVID-19» – опубликованный 27 марта, предваряет вступительное слово исполнительного директора этой организации Катрин Де Болле. «Преступники быстро воспользовались возможностями использовать кризис, – пишет она, – адаптируя свои методы и развивая новые преступные виды деятельности. Группы организованной преступности печально известны своей гибкостью и приспособляемостью, и их способность эксплуатировать кризис означает, что мы должны быть постоянно бдительны и подготовлены».  

Агентство констатировало, что преступники используют в своих целях резко возросший спрос на определенные, прежде всего, медицинские, товары, снижение мобильности граждан, пребывание большой части людей дома и их работу на удаленном доступе, ограничения в общественной жизни, а также рост тревоги и страхов на фоне пандемии. 

Основываясь на информации, предоставленной государствами-членами Евросоюза, и на собственной экспертизе, «Европол» выделил четыре основные области преступной деятельности в период пандемии: киберпреступность, мошенничество, производство и реализация контрафактной продукции (подделок), преступления против собственности (воровство), прежде всего, в коммерческих структурах, магазинах и медицинских учреждениях.

На первое место при этом «Европол» поставил киберпреступность – противоправные действия с использованием компьютерных технологий и Интернета. Эта проблема сегодня, как признают, в том числе, и российские эксперты, действительно, встала во весь рост. Поэтому она заслуживает более подробного описания и будет рассмотрена ниже отдельно.  

Что касается мошенничества, то доклад упоминает различные адаптированные версии телефонного мошенничества, мошенничества с поставками и дезактивацией. При этом приводится пример, как европейская компания (неназванная в докладе) перевела некоему контрагенту в Сингапуре 6,6 миллионов евро за поставку спиртосодержащих гелей и медицинских масок, ничего взамен не получив. Другая компания потратила 300 тысяч евро на покупку почти 4 миллионов защитных масок – и тоже осталась без товара.

Продажа поддельной медицинской, фармацевтической и санитарно-гигиенической продукции, а также средств индивидуальной защиты, отмечается в докладе, с начала пандемии увеличились в разы и будет расти дальше.

Но, по крайней мере, в этой сфере «Европол» смог не только констатировать факты, но и похвастать своими успехами. В докладе приводится описание операции «Пангея», которую координировало агентство и в которую были вовлечены 90 стран.  С 1 по 10 марта этого года были конфискованы в общей сложности 37 тысяч контрафактных и некачественных хирургических масок, тестов для индивидуального анализа на СПИД и сахар, лекарственных препаратов на 13 миллионов евро, 121 человека арестовали и пресекли деятельность 37 организованных преступных группировок (к эпидемии COVID-19 это имеет, конечно, весьма косвенное отношение, но работа идёт, а это главное).

Что касается преступлений против собственности, то в докладе Европола отмечается: в настоящее время преступные группировки европейских стран, действуя практически «под копирку», очищают, например, квартиры, выдавая себя за медицинский персонал, который предоставляет информационные материалы или средства гигиены, или проводя «тесты на коронавирус».

Более детальную – и пессимистическую – ситуацию представила в своем мартовском докладе «Преступность и вирус. Воздействие пандемии COVID-19 на организованную преступность» упомянутая выше «Глобальная инициатива». На первом этапе пандемии практически повсеместно наблюдается некоторое снижение уровня преступности и уменьшение активности организованного криминала, отмечают авторы доклада. Однако при продолжении пандемии и особенно развертывании ее по наиболее неблагоприятному сценарию, связанному с высокой смертностью и снижением управляемости в тех или иных регионах, странах и городах, вполне вероятен всплеск активности организованной преступности и значительный рост спроса на незаконные товары и услуги.

Есть основания полагать, считают эксперты «Глобальной инициативы», что, если кризис продлится еще более двух-трех месяцев, организованные преступные группировки (ОПГ) в отдельных государствах будут стремиться либо встроиться в процессы логистики товарных потоков, либо постараются даже захватить административные структуры, координирующие государственное противодействие пандемии.

Проблема в том, считают авторы доклада, что воинские подразделения, по крайней мере, в развитых странах мира, ориентированы на ведение боевых действий, подразделения национальной гвардии – на подавление беспорядков, а полиция – на противодействие криминалу в рамках обычной жизнедеятельности. Соответственно, ни вооруженные силы, ни подразделения национальной безопасности, ни полиция не имеют опыта деятельности в условиях обрывов социальных связей, режима самоизоляции и других подобных форс-мажоров. В такой ситуации возникает потенциальная угроза со стороны ОПГ, для которых форс-мажор – естественное и привычное состояние, и административным координирующим структурам, и непосредственно сообществам.

В докладе указаны четыре главных тенденции:

– можно ожидать временного сокращения масштабов организованной преступности и разнообразия её деятельности вследствие принудительного ограничения людских потоков между странами и внутри них, в масштабе городов и даже отдельных районов: криминалу потребуется некоторое время, чтобы приспособиться к новым условиям;

– поскольку внимание правительства и правоохранительных органов в период пандемии сосредоточено, в первую очередь, на борьбе с ее последствиями, некоторые преступные группы могут использовать ослабление внимания к ним для расширения криминальных операций;

– ОПГ, действующие в секторе здравоохранения, постараются максимально интегрироваться в структуры чрезвычайной медицинской помощи в рамках пандемии;

– традиционно киберпреступность относилась к криминальной сфере, имеющей прежде всего, долгосрочные последствия. Однако в условиях пандемии все большая часть граждан использует услуги электронной коммерции, заказы продуктов, лекарств и т. п. онлайн. Можно гарантировать, что преступники с одной стороны постараются проникнуть или даже поставить под контроль сети доставки, а с другой, используя инструментарий киберпреступности, создадут множество поддельных интернет-магазинов и т. п… Молодые и высокотехнологичные преступники, пользуясь возросшей безнаказанностью, активизируют деятельность, прежде всего, связанную с производством и оборотом наркотиков, а также продажей контрафактных аппаратов для тестирования коронавируса, аппаратов искусственного дыхания… Известно, что в Италии, Испании, Португалии… высокотехнологичные ОПГ разместили в Интернете магазины, где можно приобрести такую продукцию.

В некоторых странах ОПГ глубоко укоренились в цепочках поставок медицинских услуг и в системе здравоохранения. В Италии до сих пор система здравоохранения, фармацевтическая промышленность и медицинская дистрибуция находятся в значительной мере под контролем «мафии» на Сицилии, «каморры» в Неаполе и «ндрангеты» в Калабрии (три преступных сообщества, исторически образовавшихся в южных регионах Италии. Деятельность всех трех давно уже вышла за пределы национальных границ. Но в обиходе их часто вкупе именуют «мафией» – по названию самого известного сообщества).

Тут можно привести слова, сказанные во время презентации этого доклада «Глобальной инициативы» представителем министра внутренних дел Италии и парламентской комиссии по противодействию мафии Серджо Надзаро: «Мафия и коронавирус – близнецы. Мафия похожа на коронавирус. Она может вас заразить, где бы вы ни находились».

Террористы используют всё

Следует, наверное, обратить внимание и на такой тревожный факт. Пандемия может обострить еще одну международную проблему, связанную с преступностью – проблему борьбы с терроризмом.  Как писал в начале апреля тот же генерал Владимир Овчинский, «аналитики разных стран, занимающиеся вопросами борьбы с терроризмом… прогнозируют тревожные тенденции на антитеррористическом фронте». Распространение COVID-19 по всему миру, включая Ближний Восток, поставило вопрос о влиянии этой пандемии на борьбу с терроризмом и на активность международных террористических группировок, в том числе, запрещенного в России «Исламского государства», или ИГИЛ. 

В своем комментарии 31 марта Международная кризисная группа (независимая правозащитная организация по изучению и реагированию на смертоносные конфликты со штаб-квартирой в Брюсселе) предупреждала, что пандемия угрожает глобальной солидарности, которая является ключом к борьбе с джихадистскими экстремистами: «Почти наверняка верно, что COVID-19 будет препятствовать усилиям по обеспечению внутренней безопасности и международному сотрудничеству в борьбе с ИГИЛ, что позволит джихадистам лучше подготовиться к эффектным террористическим атакам».

Со своей стороны, ИГИЛ ясно дал понять, что планирует воспользоваться пандемией коронавируса для нападения на европейские страны. Газета «Исламского государства» «Наба» поспешила отметить снижение внимания западных силовых структур к борьбе с ИГИЛ из-за озабоченности борьбой с COVID-19, что даёт возможность для боевиков провести операции в Париже, Лондоне и Брюсселе.

Компьютер стал главным оружием

Новый доклад экспертов «Глобальной инициативы против транснациональной организованной преступности», вышедший уже в апреле, был прямо озаглавлен «Киберпреступность: угрозы в период пандемии COVID-19».

И начинался он с описания кибератаки, произошедшей в ночь с 12 на13 марта 2020 года на университетскую больницу чешского города Брно, вторую по величине в стране. Атака была совершена с помощью вредоносного программного обеспечения Ransomware (препятствующего доступу пользователей к их системным или личным файлам, пока они не заплатят преступникам выкуп, причем, чаще всего, сделать это требуют сделать в биткойнах или какой-то другой виртуальной валюте). Хотя лечение пациентов не прерывалось, принудительное отключение информационных систем означало, что медицинские данные не могут быть использованы различными структурами больницы. Срочные операции пришлось отложить, а пациентов перенаправить в другие больницы.

Доклад перечислил ряд объективных факторов, которые подвергают опасности пользователей компьютеров Интернета. 

Это – рост использования домашних офисов. С массовым переходом на домашние офисы в феврале-марте, вал киберпреступности, направленной на небезопасные персональные сети Wi-Fi и незащищённые компьютеры, привел к серьезным нарушениям или потере данных. Удаленная конференц-связь, технология, использующая Zoom, спрос на который значительно увеличился в марте 2020 года, оказалась особенно уязвимой для захвата видео.

Это – и рост зависимости от дистанционного банковского обслуживания и платежных приложений.  Эксперты подчеркивают и предупреждают: поскольку использование таких систем становится более удобным, оно может стать совсем привычным и рутинным после отмены карантинных мероприятий и ограничений, что открывает новые возможности для фишинга и других видов киберпреступности.

Киберпреступники используют человеческую слабость для проникновения в системную защиту. В кризисной ситуации страха и неуверенности часто люди совершают ошибки, которые они не сделали бы иначе. Преступники используют эти страхи и неуверенность всё более грамотно: в подавляющем большинстве кибератак – по некоторым оценкам, в 98 процентах – применяются методы социальной инженерии.

С собственным докладом на эту тему выступил и «Европол». Доклад под названием «Выявление вируса киберпреступности, дезинформации и COVID-пандемия» подготовил на этот раз Центр киберпреступности «Европола», специализирующийся на профилактике и расследовании кибератак, сексуальной эксплуатации детей через интернет, мошенничества с платежами и онлайн-торговли нелегальными товарами через «теневой» интернет.

Как отмечали авторы этого доклада, влияние пандемии COVID-19 на киберпреступность  тало наиболее заметным, оно поразительно по сравнению с другими преступными действиями. 

Особенно настораживает экспертов Европола то, что разрастается криминальная деятельность по распространению в Сети материалов о сексуальной эксплуатации детей в Интернете. Теневой Интернет продолжает размещать различные торговые площадки для распространения запрещенных товаров и услуг, но при этом вводя новшества и предлагая продукты, связанные с COVID-19.

Преступники активизировали нападения на организации, концентрируя атаки на ценных данных или активах организаций, которые особенно чувствительны к простоям. Начали появляться новые группы вымогателей.

Пока лишь небольшое увеличение числа атак распределенного отказа в обслуживании (DDoS-атак) наблюдается после начала пандемии COVID-19, констатировали авторы доклада. Однако в среднесрочной перспективе ожидается, что это число возрастет из-за значительного увеличения работающих удаленно из дома: пропускная способность входных каналов компаний и учреждений доведена до предела, что позволяет преступникам проводить против них «кампании по вымогательству», поскольку организация DDoS-атак относительно дешева и легкодоступна.

Но, по сути дела, оба эти новых документа лишь фиксировали и конкретизировали развитие событий. Ведь тот же Европол еще в своем мартовском докладе поставил киберпреступность на первое место, выделяя основные области криминала в период пандемии.

И уже упоминавшийся выше – также мартовский – доклад «Глобальной инициативы» констатировал: «Общей тенденцией в условиях пандемии является перераспределение структуры дохода. То, что традиционные ОПГ теряют в офф-лайне, новые, в том числе трансграничные, ОПГ приобретают в онлайне. Они же стремительно наращивают доходы от комбинации оффлайн и онлайн деятельности». И прямо предсказывал, что кибермошенничества, финансовая онлайн-преступность, дезинформация и другие виды преступлений, осуществляемых киберкриминалом в условиях пандемии, «несомненно, увеличат масштабы и прибыльность». И это связано с тем, что люди повсеместно в условиях изоляции переходят от взаимодействия оффлайн к контактам онлайн.

Перечислялись и основные направления киберпреступности: «Начались и множатся серии фишинговых атак, связанных с коронавирусом. Стремительно растет число поддельный сайтов, замаскированных под надежные источники, включая Всемирную Организацию Здравоохранения, национальные медицинские платформы и т. п. На этих поддельных сайтах рекламируются контрафактные лекарства и медицинская техника, а также указываются якобы надежные оптовые и розничные продавцы, которые могут на льготных основаниях реализовать продукцию… Другая криминальная онлайн-индустрия, которая, вероятно, значительно увеличит число своих клиентов – подпольные казино. В условиях пандемии эти ресурсы расширяют свой целевую аудиторию. Если раньше они были ориентированы на молодежь, то теперь дополнительно нацелены на людей среднего возраста со средним уровнем дохода, невысоким уровнем образования и социально изолированных.

Значительно выросло число попыток компрометации деловой электронной почты. Поскольку все большая часть предприятий оказывается в сложном финансовом положении…, им «предлагают за небольшое вознаграждение, часть из которого надо выплатить авансом, открыть долгосрочные беспроцентные кредитные линии, якобы поступающие из государственной казны».

Можем и работать вместе

Серьезную озабоченность бурным ростом киберпреступности, кстати, с самого начала разделяли и российские эксперты. Как заявил в мартовском интервью агентству РИА Новости глава российской секции Международной полицейской ассоциации, генерал-лейтенант милиции Юрий Жданов, именно киберпреступность вышла на первый план в период пандемии. «Здесь мы оказались не готовы, – признал российский эксперт. – Кибермошенники действуют в нынешних обстоятельствах более сплоченно, профессионально, грамотно… На сегодняшний день полиция не может противостоять этому в полной мере».

Хотя определённые успехи, конечно, были. В том же интервью Юрий Жданов рассказал о масштабной операции российских и европейских правоохранителей, в результате которой в феврале этого года была накрыта большая преступная сеть, похищавшая данные граждан России и хранившая их на серверах в Европе: «Европейские полицейские помогли нам пресечь преступную сеть, находившуюся вне России, и всю похищенную информацию уничтожить. Удалось избежать ущерба гражданам, так как это была филигранная работа. В преступной группировке состояли десятки человек. Были украдены сведения из банков России и Евросоюза, например, Швеции, Германии и ряда других стран».

Данные, которые затем стали появляться как в СМИ, так и в реляциях компаний, специализирующихся на компьютерной безопасности, только подтверждали эти общие выводы.

Приведем лишь несколько примеров.

Резко растут все виды онлайн-мошенничества и шантажа, сообщал в апреле британский вещатель BBC. Мошеннические предложения о продаже фальшивых тестов на коронавирус легко найти на самых крупных торговых площадках – Amazon и eBay, и те уже признавали, что не могут оперативно вычислить недобросовестных продавцов. В поисковике Google 17 апреля заявили, что заблокировали спамеров, которые отправили не менее 18 миллионов писем с просьбой пожертвовать деньги Всемирной организации здравоохранения.

Международный разработчик антивирусного программного обеспечения и решений в области компьютерной безопасности для корпоративных и домашних пользователей компания ESET, представленная в сегодня более чем 180 странах и имеющая штаб-квартиру в столице Словакии Братиславе, также сообщила о появлении новых киберугроз в связи с распространением COVID-19. При этом эксперты ESET изучили способы, которыми пользуются киберпреступники в сегодняшней ситуации. Так, одни распространяют новости от имени Всемирной организации здравоохранения, призывая пользователей перейти по вредоносным ссылкам для получения якобы секретной и крайне важной информации о вирусе. И похищают личную информацию и платежные данные, получая доступ к счетам жертв. Другие прибегают к фейковым благотворительным акциям и объявлениям о продаже медицинских масок и антисептиков для рук. С их помощью злоумышленники тоже выманивают данные кредитных карт пользователей и снимают деньги со счетов. По данным новостного телеканала Sky News, только за февраль этого года в Великобритании преступники заработали на подобной кампании не менее миллиона долларов.

Группы по анализу угроз американского гиганта Microsoft отслеживали, в частности, смещение фокуса в фишинговых атаках. В своём отчёте, опубликованном 14 апреля, они показали, что угрозы с использованием темы COVID-19 представляют собой повторы существующих атак, которые были, однако, изменены, чтобы связать их именно с пандемией. При этом количество успешных атак на страны, пораженные вспышкой коронавируса, растет, как и информация для нагнетания страха. По данным Microsoft, в каждой стране мира уже была по крайней мере одна атака на тему COVID-19, при этом больше всего пострадали Китай, США и Россия. На начало апреля 2020 года эксперты Microsoft насчитали 76 вариантов угроз с использованием глобальных приманок на тему COVID-19.

Это косвенно подтверждает и служба кибербезопасности российского Сбербанка, по данным которой в феврале-марте этого года количество фишинговых (мошеннических) писем выросло на 30 процентов, при этом пятая часть рассылок содержала информацию о коронавирусе.

Каков же вывод? Что предлагают эксперты? Вывод, как часто бывает, внешне прост и лапидарен. Точно так же, как решение проблемы пандемии COVID-19 требует изменения наших социальных привычек и алгоритмов действий для снижения уровня инфицирования, изменение нашего поведения в Интернете может помочь поддерживать высокий уровень кибербезопасности.

И каким бы лапидарным не казался нижеследующий вывод – всё, в конечном счёте, зависит от нас самих.


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *